Кажется, я перебираюсь в новый блог.

Причины две.
Во-первых то, что я в последнее время хочу писать и пишу здесь, как-то абсолютно выбивается из какого-то моего внутреннего ощущения этого блога. Некий конфликт территорий, если угодно.
Во-вторых, моя жизнь сейчас дошла до какой-то точки, после которой я вдруг буквально телом ощущаю чистоту нового листа. Что забавно, ибо раньше я менял блоги потому что пытался начать с пустой страницы, а теперь сбегаю потому, что не могу больше писать о своей внезапно посвежевшей жизни в затхлой атмосфере этого дневничка.

Новый блог зовётся innarv,
в чём мне одновременно видится как сочетание "inner Narv",
так и спизженную из бородатого анекдота фразу "Инна..Иннах отсюда!".
Несколько угловато и неотёсанно, но мне нравится.

Буду рад, если кто-то из моих здешних френдов переберётся и в новое моё пристанище.
Но сразу предупреждаю - будет много занудства, букв и драматичного скулежа о печалях и радостях моей нервно курящей жизни.
Пример вышеописанного в новом блоге уже присутствует.
Решайте сами, надо вам это, или лучше попрощаться.

nice to know you all.

-She made me breakfast, and she didn't have to. You know, she made me this omelet, that was delicious. Perfect breakfast. You know why? Because she made it for me. And then she told me to grow the fuck up and get on with my life. But that didn't matter. Because it was one of those moments, where I decided - I resolved - that I was going to keep on fighting. You know, I've lost many battles, but I've never lost sight of the war. No retreat, baby. No surrender.
(c)Hank Moody, "Californication" TV series.

Все мудрые люди мира сего, все кумиры молодёжи, все литературные и кинематографические герои - все они каким-то образом всегда умели отсекать от себя тревогу и запирать её в подвале, пока не придёт время её выпустить. Когда в их головах творился настоящий бедлам, они продолжали меланхолично философствовать на тему судеб мира.
Как они это делают?

Я чувствую себя маленьким плюшевым трусом, у которого
Бешено колотится в груди кто-то:
«Выпусти меня отсюда, выпусти меня отсюда!»(c)Сплин
что-то совершенно новое и чужое, и постепенно пожирает его. Кусает его, то ломая зубки, то отрывая клочки плоти.

Я не знаю, я ли это. Я чувствую себя в каком-то бреду, в агонии.
Мне страшно, и я даже не хочу рассуждать, чего я боюсь и почему.

Всадник замер.
Замер всадник, реке стало тесно в русле.
Кромки, грани –
Я люблю, не нуждаясь в ответном чувстве.
(c)Сплин

После прекрасных полутора лет сопротивлений - вот он я, признаю: я ненавижу свою работу.
Ненавижу настолько сильно, настолько масштабно, что иногда мне действительно печально оттого, что я так и не сообразил за уже почти двадцать лет поступить в вуз. Хотя, если подумать - кем бы я тогда сейчас работал? Любил бы я свою иную_работу больше?
Мне нравится мой график. Мне нравится некая атмосфера суточных смен, ночёвок в офисе, курения в тёмном ночном офисе перед светящимся мертвецким электросветом монитором под звуки Нирваны. Я люблю коллектив, в котором работаю - здесь в большинстве своём собрались грёбаные прекрасные люди.
Но сам рабочий процесс...чёрт, когда я работал продавцом в скейтшопе, я думал что у меня грубая, неблагодарная работа, и писал кипятком, когда смог устроиться в саппорт. Но сейчас, полтора года работы спустя, думаю я имею право сказать - саппорты сосут. В прямом, переносном и просто паршивом смысле.
Зато только здесь я могу себе позволить половину рабочего времени тратить на музыку, кино, фотошоп, онлайн-игры и ночной медитативный онанизм. Хотя с тем же успехом я мог бы потратить это время на нездоровый сон или общественно-полезные пьянки.

But still.
Это дерьмо меня дико утомляет. Выжимает.
К ночи меня всегда пробирает на панику, наверное это что-то психиатрическое-нездоровое.
Паника принимает разные формы, но в основном завязана на свежих переживаниях.
Поэтому проявляется особенно остро.

У меня совсем-совсем скоро зарплата.
Вишлист:
1. Долги-обещания (бесценны)
2. Гитара акустическая (от полутора тысяч за самую херовую гитарку)
3. Белая рубашка, чёрный галстук (чёрт его знает, сколько это дерьмо может стоить)
4. Татуировка (давно мечтал, но так и не собрался с духом и финансами)
5. Обучение рисованию (надо для творческого роста)
6. Дверь
7. Сеанс химчистки для диванного чехла
И так далее. И ещё чуть дальше. И ещё чуть-чуть.
Не переживай, маленький засранец, в финансовую яму ты можешь падать хоть всю жизнь.
Тебя никто не прогонит, не обидит. Будет весело, оставайся.
На носу ещё день рождения, который я хз буду ли, и если буду, то как буду отмечать; и отдельной строкой злопамятный Новый Год, который грозит превратиться в мои личные Врата Ада.

Я маленький злой паникёр.
Мне понадобилось семь сигарет и полтора часа просмотра "Californication" на американском говносайте, чтобы перестать размышлять о своих чувствах и взаимоотношениях в трагично-патетичном ключе. Сейчас у меня уже не дрожат руки, на лице вновь появилось какое-то подобие мужеской самоуверенной улыбки, но всё равно - как только в плеере заиграла "Sail Away" Расмусов, песня ставшая символом одного из наших с ней вечных прощаний - мои руки снова потянулись к пачке сигарет.

"She loves him more than he will ever know.
He loves her more than he will ever show.
Keeps his cigarettes close to his heart!
Keeps her photographs close to her heart!
Keeps the bitterness close to the heart!"
(c)"Swap Meet", Nirvana

Такая игра:
Кофе с утра,
И можно жить..
Но я ищу тебя между листов тетради
Это так невыносимо среди льда и грязи..
(c)Animal ДжаZ

Я родился и вырос в Москве. В столице.
В городе нереализованных возможностей и эссенции людских грехов.
Я не прожил ни дня в другом городе, не считая редких поездок "на отдых".
Москва - единственная точка света, которую я действительно знаю.
Я не прожил без Москвы ни дня из своих уже почти двадцати лет.
Я знаю, какой это большой город, я знаю как сюда стремятся "гости столицы",
как усердно стараются здесь осесть приезжие. Знаю, почему они хотят здесь осесть.
Я имею прекрасное представление о городе, в котором я вырос, и прожил всю свою жизнь.
Я...без пошлого говнопатриотизма - я люблю этот город.

Так почему же, чёрт возьми, почему меня не оставляет ощущение, будто я живу на сраном отшибе?
Почему меня не покидает желание, острая необходимость "выбраться из этого захолустья"?
Почему у меня паника и страх перспективы прожить вот здесь, здесь и сейчас всю свою жизнь?
Личная неустроенность? Низкий уровень дохода? Спальный район?
Курение, ожирение, прыщи, отсутствие постельного белья на постели, пустые бутылки и сигаретные пачки повсюду. Иногда я думаю, что никогда не выберусь из своего идиотского подросткового мироощущения.
Я ведь уже через многое прошёл. Ну, через многое для своего возраста. Среднестатистически.
Ладно, проще - я уже через что-то прошёл. Я что-то знаю. Видел что-то.
Я много в чём себя сознательно изменил, чтобы соответствовать имеющейся ответственности.
Я научился решать проблемы, научился себя пересиливать, научился проглатывать панику, выталкивать из себя желание убежать от проблемы, которая без ножа меня режет.
Я ведь вроде бы взрослею. Я..чёрт, я ведь уже даже начинаю своё дело.
Строю своё будущее. Не так, как оно само строится - я сознательно его строю.
Почему же я тогда ещё такой убийственный ребёнок там, где пора бы уже давным-давно состариться и одряхлеть?

My family is ruined.
Я хотел об этом написать, потом передумал, сейчас - измождённо - снова захотел.
Мой брат-наркоман вернулся, подарил мне надежду, влез в мой тщательно выстроенный мир,
выдернул меня из него, и разрушил мою семью.
Его попытка решить конфликт силой чуть было не привела к банальной, грязной драке. В какой-то момент я посмотрел на него - снизу вверх - и снова увидел его таким, каким регулярно видел в своём детстве. Озлобленным, не на меня даже, просто озлобленным, паникующим, срывающимся на то и тех, кто мешает ему жить на своей волне. Меня съело омерзение, я наорал на него. Сказал, что буду счастлив, если он свалит как можно дальше от меня.
Брат в тряске, мать в трауре. Отец тоже.
Парадокс:
И мать и отец имеют представление об этом конфликте только из объяснений брата,
моей версией ситуации никто даже не заинтересовался. За две недели до этого они возмущались тем, что я курил травку, когда уже знал что мой брат наркоман. Идиотский повод для возмущений, но всё же. А потом неожиданно слепо доверились моему брату-наркоману, героинщику с пятнадцатилетним стажем. Доверились настолько слепо, что возненавидели меня без лишних разговоров.
Мать смотрит на меня, как на Иуду. Отец со мной больше не видится, если случайно доводится со мной говорить - отвечает односложно, урывками. Брат - в образе свежевоскресшего Иисуса, попирающего своё былое окружение за дружескую несознательность.

А я...я пытаюсь сжиться с фактом своей неизбежной самостоятельности.
Моя семья разрушена. Может, эта история и звучит как банальная ссора, одна из миллиона подобных - но я чувствую, вижу и ощущаю - семьи больше нет. И навряд ли будет.
Меня предал брат. Меня предали родители, отверувшись от меня со слепой уверенностью своей правоты. Я..я тоже не прав. Я не оскорблёный герой малой родины, скорее что-то вроде госпитализированного пострадавшего в кабацкой потасовке.
Я просто подсчитываю потери.


Иногда я думаю - может жизнь в роли инвалида действительно меня озлобляет?
Может та уверенность в твоих силах, которой я так наслаждаюсь в последнее время - растёт из бушующей внутри злости? Я стал много раздражаться.
Я должен был посетить своего глазника в сентябре, в самом его начале. Я должен был отнести документы из ВТЭКа, свидетельствующие о присвоении мне инвалидности, в Собес ещё летом.
Я не сделал ни черта из этого, и я рефлекторно начинаю излагать десятки веских причин и объяснений, когда размышляю, почему же я до сих пор этого не сделал.
Меня беспокоит глаз, мне надо заканчивать дела с военником..в конце-концов, я хочу бесплатный проезд и 50% скидку в ближнем кинотеатре.
Но мне страшно полноценно признавать себя инвалидом.
Мне спокойней думать, что я обойдусь без всего этого.

Здесь и сейчас, в пяти часах от первого в жизни отпуска,
в пятнадцати минутах от дома и по уши в финансовой яме
я чувствую себя дряхлым уродом, ебланом-ворчуном,
который нихера в этой жизни не может сделать,
пока волшебный "кто-нибудь" его не
мотивирует.

- Hello! There you are! How are you? I missed you a lot.
- Do I know you?

краеугольный камень, наиглавнейшая и наиважнейшая
причина расставаний с теми, кто честно оттоптал пару подошв
шагая вместе с тобой к каким-то мифическим, прозрачным целям:
просто через какое-то время тебе начинает казаться,
что этот человек тебе абсолютно незнаком.

вот сижу на диване, и тускнею
пришёл после очередных суток, думал спать буду - ан нет. проворочался пять часов и всё впустую.
насмотрелся за последнюю неделю фильмов с Джимом Керри, сегодня довершил фильмоманию перепросмотром "Человека на луне", как результат - впал в прострацию.

Хочу.
Чего-то хочу, куда-то хочу, или всё-таки чего-то - не понимаю.
Хочу есть. Хочу есть что-нибудь вкусное и полноценное, вроде какого-нибудь аппетитного салата
или куриных крылышек "Баффало" с картошкой-фри, соусом "тар-тар" и доброй порцией Гинесса.
Но денег на это нет. Денег вообще нет. Со своим великим планом на этот нелёгкий месяц я всё-таки просчитался, до очередного пополнения финансов не хватило всего пары дней. Всё из-за потрясающего моё нутро заказчика, который пообещал денег к пятнице, и уехал в Финляндию, а оставленная в его конторе "за старшую" тётенька отказывается принимать какие-либо решения. Бардак.
Как результат - из желаний я могу себе позволить только курить и гулять под дождём. Что в общем неплохо, но курить я не хочу, а мои единственные джинсы пора бы закинуть в стирку. В понедельник мне надо ехать к заказчику за деньгами, но денег на дорогу у меня тоже нет.
Ненавижу ту сторону этого мира, в которой всё упирается в деньги.

Столько мотни в последнее время.
Я себя чувствую каким-то опустошённым. Как в миг пробуждения, когда ты уже открыл глаза и начал думать, но ещё даже не собираешься начинать новый день своей пресловутой жизни. Только этот миг у меня уже длится второй день. Мерзенько так.


Нет, не поймите меня плохо.
Если я пишу только о паршивой части моего быта - это не значит, что кроме неё я ничего больше не вижу, что ничего больше не трогает моё нутро.
Просто моё хорошее...

Моё хорошее в последнее время настолько призрачное и ярчайшее хорошее, что мне безумно страшно даже думать о нём, как о хорошем. Отчасти потому, что я рефлекторно "боюсь спугнуть". Отчасти и потому, что это моё хорошее. Это мои мелочи, объяснить значение и заряд которых практически невозможно. Даже не потому, что в этом есть много личного. Просто потому, что вопреки богатству моего родного языка, далеко не всё можно этим языком описать, не потеряв и не исказив.

Моя жизнь сейчас меня большей своей частью всё-таки радует.
тем самым подчёркивая печальные её эпизоды.



Материалом будет сталь.

вся моя жизнь, всё вокруг будто бы сворачивается, скручивается и вцепляется в неё мёртвой хваткой. Всё в моей жизни фокусируется вокруг неё, всё говорит и кричит о ней, и я уже даже не просто схожу с ума - я уже просто сатанею. Она - моё всё, она моё единственное уцелевшее, самое болезненное и самое сладострастное, убийственно восхитительное счастье, которое я уже как-то раз упустил.
Но я вернулся, я больше не ломаюсь и не прогибаюсь. Я готов прикрывать её собой, я хочу быть с ней, жить с ней, пить с ней, есть и курить с ней, ходить с ней в душ и на прогулки, на край света и в магазин за хлебом. И я больше не ломаюсь, я больше не пасую перед своими страхами, я стараюсь помогать ей преодолевать её страхи и, да-да-да, она называет меня "Солнце", но нельзя впадать сейчас снова в кому от неги и блаженства, нельзя, нельзя снова превращаться в слюнтяя и кислоречивого обожателя. Нет-нет-нет, я уже это прошёл, это уже позади. Я уже не..я..

а на работе меня пытаются заразить какой-то офисной чумой. начальство ругает меня за "слишком жёсткое общение с пользователями"; кассиры, потеряв рычажок от крана с горячей на кулере, строят какие-то идиотские теории о том, что это злодеяние на самом деле - дело рук нашего главбуха, которая таким образом экономит на "бочках" для кулера, не давая нам потреблять горячую воду (рычажок потом находится под креслом, и все тут же делают вид, будто бы с самого утра они не проронили ни звука); в обед колл-центр неожиданно вспоминает, что их тут никто не ценит, все мешают их с какой, и сразу же начинают сыпать конгениальными идеями по упрощению своей "трудовой" деятельности (потом им это наскучивает, и они задаются вопросом "Какое кино сегодня посмотрим?"); начальник негодует по поводу моего "недопустимого для офиса" припанкованного обычно вида, а я неожиданно понимаю что мои последние джинсы местами приобрели жёлтый налёт, обзавелись классической протёртой дырой в паху (из-за которой мне приходится снова приучать себя носить трусы), футболка осталась тоже последняя чистая, а за неделю у меня не нашлось времени всё это дерьмо перестирать, и денег на покупку новых джинс...вобщем всё-всё в обрез, в натяг, всё приходится делать из ничего: карты из отсутствующего рукава, кролик из шляпы для подаяний, кочан капусты из разреженного воздуха.
но всё это так....всё это так....

...у меня практически нет денег до самого ноября, мне нужно отдавать 100 000 рублей за глупые железячки в руке, моя семья разбита и разрушена..

а меня больше волнует, что я не позаботился о себе заранее, и теперь мне придётся ехать на встречу с ней с немытой головой и в грязных джинсах. она, конечно, привыкла ко всякому, но как можно пытаться кого-то восторгать, когда ты даже сам себя раздражаешь?


Both your eyes wide open
You see the shape I'm in
It wasn't of my choosing
It's only bones and skin
And I will plead no contest
If loving you's a crime
So go on and find me guilty
Just one more fucking time
Motorhead, "One More Fucking time"

когда-то было время,
и жж был мэйнстримом,
тем самым основным потоком, который проглатывал тебя, и уносил вместе с собой.
где, как не здесь можно было найти новых интересных людей,
пополнить свою жизнь, поворочать кости актуальным проблемам
и просто поболтать о чём-то..осмысленном.
для меня жж когда-то стал убежищем, местом, куда я прятался от бед и невзгод.
прятался, не чтобы переждать, а чтобы в спокойной обстановке их решить.
я набирался здесь ума, изливал душу, прогоняя из неё всё, что мне не нравилось.
прошло пять лет. это мой третий аккаунт здесь. предыдущие два закрывались,
когда я хотел сменить своё окружение, спрятаться от тех, кто перестал меня радовать.
однако, он подарил мне много воспоминаний, в которых (на мой взгляд) и заключается соль жизни.
память.
я помню, как рассорившись со всеми вокруг, "несправедливо обиженный", я брёл вдоль Ленинградки и названивал милой _b_a_t_, я помню долгие задушевные беседы с iron_ksu,
прозаично-философские распри с radioroma, ещё много кого помню..
много кого забыл. кого-то целиком, кого-то по имени. кого-то случайно, кого-то целенаправленно.
вот, например, есть под этим странным небом одна очень странная девушка с очень странными
взглядами на жизнь, прекрасным телом и третьим соском, которая когда-то давно вытащила меня внезапно в ночи на прогулку по городу, и первым её вопросом было "можно ли тебя трогать?".
дальше было много извращённой романтики, блаженство в чахлом дворе какой-то школы, потрясающие беседы, глупые неромантичные откровения и совершенно идиотская ссора. Я тогда был унылым девственником, а эта милая особа была действительно мила и обещала мне рай на земле. А ещё она хотела трахнуть меня в попку, но это меня даже тогда лишь интриговало.
иногда я её вспоминаю, и пытаюсь найти, чтобы уперевшись взглядом в её фото слегка взгрустнуть об ушедших безвозвратно временах. раньше я без труда вспоминал её жж-ник, а в последнее время никак не получается. совершенно выпал из головы. так что остались только сладострастно-печальные воспоминания.
а есть ещё одна девушка, которая тоже была чудесна собой, обладала могучим интеллектом и прекрасной улыбкой. помнится, одно время мы чуть ли не жениться собирались, но как-то это всё отложилось. вместо этого мы с ней бродили по кабакам в ночи, предавались похотливо-влюблённым безумствам, пили таблетки от головной боли, и она приучала меня курить. помню, однажды мы жутко напились, и приехали в ночи ко мне. причём агитатором этого действа был я. мы ввалились, рухнули на диван, она тут же завернулась в флаг, валявшийся на диване, прижала меня к себе, и что-то долго мурлыкала на ухо, обнимая меня руками и обвивая ногами. я какое-то время находился в бездне счастья и восторга, а потом неожиданно загрузился.
я вдруг подумал, что вовсе не люблю её, что просто пользуюсь ей как батарейкой, и это так мерзко и отвратительно, что блевать аж хочется. я сразу помрачнел, начал пытаться избегать её объятий и вообще сторониться. она почувствовала, начались разборки. скулёж, вопли, обещания броситься под поезд и тому подобное. а я, мудак, хладнокровно выталкивал её за дверь, в надежде как можно быстрее упасть спать и забыть этот день.
потом мы ещё какое-то время общались, но уже трезвым, невлюблённым умом я начал понимать что она самая банальная наркоманка. сексуальная, умная наркоманка. пару раз я пытался завязать с ней беседу об этом, но получал стойкий отпор, и вскоре прервал с ней общение.
сейчас иногда во мне начинает снова шевелиться волна теплоты к этой женщине.
и не будь она наркоманкой, не исключено, что я бы попытался вновь её разыскать, и вновь влюбить себя в неё. но увы, её привязанность к вспомогательным средствам меня отвращает.
не уверен, всплакну ли я, когда она умрёт. поэтому её я очень стараюсь забыть.


не знаю, к чему всё это.
просто, жж перестал для меня быть чем-то...чем-то нужным и важным.
это нечто вроде дневника в перемешку с черновиками и газетой утренних новостей.
я устал, но что-то мне здесь ещё нужно. не знаю только что.

я думаю, что я всё-таки расту. в смысле, взрослею, и всё такое.
недавно поймал себя на ощущении собственной опытности. и, разумеется, тут же впал в неё по самые пятки, но сейчас вроде бы уже выкарабкался обратно. я редко купаюсь в водоёмах, приходится иногда с головой нырять во всякие психосоциальные фрагменты жизни.
что я имею ввиду под опытностью: я начал ловить в окружающих какие-то идеи, какие-то мотивы поведения и просто принципы осмысления, которые я хорошо знаю. Это сродни ощущению, что ты видишь человека насквозь, но всё же нечто иное. Общаясь со многими своими знакомыми, слушая их описания своих переживаний, эмоций, размышлений - я вижу подтекст. не скрытый, скорее что-то ремарки в спектакле или голоса-за-кадром в кино. я вижу, откуда растёт это чувство, почему человек воспринял эту ситуацию именно так, почему он повёл себя так. если появляется желание дать совет, я почти всегда понимаю, последует человек ему, или нет.

но даже при такой вселенской мудрости, моё поведение всё равно почему-то остаётся околоподростковым. я тут недавно ходил в гости к одному милому Панку, разбирался с его компьютером. Он открыл мне дверь, сказал "Ну давай, проходи". Пока я копался в компе - он сидел недалече на креслице с гитаркой в руках, мы с ним вели светскую беседу, он наигрывал какую-то мелодию, а я ощущал, как моя голова громко и яростно взрывается, ибо этого Панка я слушал практически с детства. По крайней мере ещё в очень раннем и мутном детстве у меня на столе валялась кассетка группы, где этот Панк играл на басу, а чуть позже я вовсю внимал его, именно его песенкам на радио и магнитофоне. я чувствовал себя 14-летней девочкой, пробравшейся в гримёрку Ранеток. мерзкое ощущение, и одновременно очень...задорное.
Панк-герой моих снов на прощание взял у меня номер телефона, дабы звонить ежели что-то случится с компьютером или просто захочется выпить и поболтать. Живу мечтой и надеждой.

А эта мечта, в свою очередь, помогла нам с mo сдать таки наш полугодовой проект, причём проект был, на мой вкус, исполнен просто феерически круто. От первоначальной версии отличий тонна, но результат радует глаз, и приятен в использовании. Правда, с этим заказчиком я больше никогда-никогда-никогда не хочу работать. Безответственный владелец фирмы, двуличный его заместитель, и т.п. Нехорошие дяди и тёти ранили творческие чувства старины Нарва злобным хитросплетением интриг.

тут прибегал мальчишка, сказал мне что ты в плену.
я надеваю латы, и превращаю свой тихий мир в войну
я с чердака достаю винтовку, я прочищаю шомполом ствол
мажу сажей лицо, на замок запираю дверь, я ушёл
резать в кровавое мясо всё, на что ослеплённый падает взгляд
прости меня, Господи, перед тобой я, конечно, всегда виноват
но ты ведь слышал, мальчик сказал, что она в плену
я не могу её бросить, не могу переждать войну
я не хочу сочинять стихи о бездумности прожитых лет
у меня даже нет под рукой мудреца, чтобы спросить у него совет
и нету под боком друга, которому можно было бы всё рассказать
а я не привык сражаться один, не умею с собой совладать
но тот мальчишка, что прибегал, говорит что она в плену
и у меня не осталось путей кроме тех, что ведут на войну

я пробираюсь к тебе сквозь непогоду и тонкий душевный лёд
я разобрал по пути миноносец, перешёл горные реки вброд
в каком-то паршивом городе меня приютил кабатчик
я заглянул в туалете в зеркало, а там снова тот самый мальчик
грустным взглядом глядит, пускает скупую слезу по стеклу.
говорит, собирайся, дядя, твоя возлюбленная в плену..